Обретение дома  - Сергей Садов

Но всему приходит конец, вскоре ему объявили, что король ожидает герцога Торендского на прощальную аудиенцию. Намек достаточно весомый – убирайся-ка ты к себе и не мешай взрослым дядям наводить в королевстве порядок. Ожидаемо и вполне в духе тех предположений, которые князь сделал ранее: герцогу и королю по какой-то причине нужно, чтобы его имя не оказалось связано с тем, что вскоре начнется в королевстве в целом и в столице в частности. А то, что вскоре грянет буря, чувствовал последний нищий. Король, если он, конечно, хотел остаться настоящим королем, а не игрушкой разных партий у трона, не мог оставить произошедшее без внимания и последствий. И только князь догадывался, что ожидаемые последствия будут намного глобальнее, чем опасается в своих самых страшных кошмарах высшая аристократия королевства.

Что ж, в эти игры играть ему совершенно не хочется, а потому лучше последовать настойчивому совету герцога и убраться.

Прощальная аудиенция проходила в тронном зале, в котором, к удивлению князя, рядом с Артоном стояла Ортиния. Слегка бледная, собранная и непривычно серьезная. Видимо, уже отошла от гибели подруги Луны, но все еще не может забыть о ней.

Артон поднялся с трона.

– Внимание! – возгласил он. – Перед нами герцог Торенды, князь Вольдемар Старинов, который верой и правдой послужил Нам своими талантами и защитил королевство в момент, когда, казалось, сами боги отвернулись от него.

Дальше пошли такие славословия, что князь еле сдерживался, чтобы не морщиться. Мед и патока. Если верить словам короля, так он вообще не человек, а герой эпоса. Увы, но именно сейчас в этом обществе так и было принято. И пафос совсем не считался чем-то зазорным. Наоборот, полагали, что чем его больше, тем лучше и полнее передавались подвиги человека.

В общем, Вольдемару объявили, что жалуется ему золотая цепь – знак высшего доверия короля… и ведь действительно повесили эту цепь ему на шею. Двое слуг вынесли и торжественно водрузили. Потом даровали право обращаться к королю по имени в присутствии посторонних и обращаться к нему с просьбой в любое время дня и ночи. В общем, дали полный доступ во дворец. Очень серьезная привилегия.

Не забыли и Джерома, который получил свое баронство, но не от князя, а от самого короля. За большие заслуги в деле подавления бунта и помощь в розыске зачинщиков.

Чуть позже Артон говорил князю:

– Понимаю, что ты хотел бы наградить его лично, но для него так будет лучше. Одно дело получить титул, данный герцогом, а другое – королем. В первом случае он навсегда останется твоим человеком в глазах общества, а сейчас никто не посмеет придраться, его заслуги у всех на виду. Скорее удивились бы, если бы я не наградил его. – Тут Артон хмыкнул. – Ну и в глазах королевы его сердца ему плюсик.

Князь такой осведомленности не удивился, в свое время часто говорил Алазорскому о важности информации.

– Да я не возражаю, но теперь мне нужно думать, как его наградить… Но ладно, придумаю что-нибудь, благо дел намечено…

Король переглянулся с герцогом Алазорским и кивнул.

– Вскоре мы отправим к тебе первую партию для стажировки. Сначала небольшую, чтобы было ясно, что и как делать, и выявить все возможные проблемы, которые неизбежно появятся.

– Благоразумно, – согласился князь.

– В таком случае, езжай, – кивнул Артон. Потом достал из-за пазухи монету на нитке. – Видишь, все еще храню. И однажды отдам тебе свой долг.

– Буду ждать с нетерпением, ваше величество.

Артон хмыкнул.

– Не умеешь ты быть придворным, не умеешь. Даже в этом обращении никакой почтительности. Но признаться, твоя необычная манера общения начала мне даже нравиться. Надеюсь вскоре увидеть при дворе и тебя, и твою сестру.

Намек более чем понятен, и князь склонил голову, чуть попятился. После чего покинул кабинет. Что ж, у короля свои дела, у него свои…

Но уехать в герцогство у него так и не получилось… Как раз когда князь уже собирался запрыгнуть в седло, примчался гонец от короля с просьбой-приказом задержаться в столице. В записке же сообщалось, что от короля Эриха приехали послы для переговоров о мире…